На мой взгляд, тексты явно БИшные (на концерте меня просто уносило, странное воздействие):
услышать многие можно, скачав с официального сайта группы -
bgvmusic.ru/mp3.htm
и прочитать еще больше текстов в полной дискографии:
bgvmusic.ru/mast.htm
ВЫ ТАМ
Вы - там.
Мне этой ночью так длинно снился Ваш дом,
Был страшный ливень, я дверь толкнула зонтом.
Как много кукол, аптечный запах и груды книг.
Я в белом платье вхожу и вижу, что Вы - старик.
Так сколько ж лет я жила на свете без Вас?
Захлопнув книгу, легла устало рука,
И абажур над столом качнулся слегка,
И стало в доме немножко больше огня,
И вы узнали в дверном проеме меня.
Я сяду у Вашей правой руки
И выпью тепло ладони до дна.
О Боже, как белы Ваши виски,
Как много я Вам доверить должна.
Мне снился сегодня ночью Ваш дом,
В котором я никогда не была.
Я часто бываю в доме другом,
А Вас я, наверное, выдумала.
С КРЫШИ ГОРОД
С крыши город светился дальше,
С крыши города было больше,
Упирались в перила пальцы,
Черный воздух глотался горше.
Голос рвался на дне гортани,
Захотелось дневного света.
Ветер щепкой швырял по крыше
Два разорванных силуэта.
Только боги и только дети
Восходили в такие выси,
Выше крыши клубилось небо,
Выше неба была любовь:
Недоступная, неземная,
Уходящая в звездный холод,
Леденила чужие души,
Согревала уснувший город.
Вот и все, я тебя не вижу.
Этот омут такой бездонный!
Остаешься под звездным небом,
Не любимый и не влюбленный.
Ухожу по ночной дороге
Из весеннего сумасбродства,
С каждой улицей нестерпимей
Ощущаю свое сиротство.
КАК ТРУДНО
Как трудно мне с тобою говорить с другого берега реки,
Ни слов не разобрать, ни разглядеть, что говорят твои глаза.
И под воду уходят друг за другом пониманья островки,
Все дальше к горизонту отступает отчужденья полоса.
Как трудно мне с тобою говорить в тени опущенных гардин,
Все это ни к чему, и ты устал от всех иллюзий и страстей.
Как хочется случайно раствориться в сонме женщин и мужчин,
Порхающих по комнатам, старательно играющих гостей.
Я буду яркой бабочкой на бархате слепого ночника,
А, может быть, бегонией на белом подоконнике твоем,
Пусти меня, пожалуйста, мне больно сжала кисть твоя рука,
Мне дальше этой комнаты не выпорхнуть со сломанным крылом.
Ты все раздашь до ниточки вздыхающим соседям и друзьям,
И громко хлопнув дверью, ты оставишь этот город навсегда.
Ты будешь дальним парусом, блуждающим по призрачным морям,
Я буду вольной рыбкою, попавшей в золотые невода.
Ты будешь дальним парусом, блуждающим по призрачным морям,
Я буду вольной рыбкою, попавшей в золотые невода.
БЕЛАЯ ГВАРДИЯ
Белая гвардия, белый снег,
Белая музыка революций.
Белая женщина, нервный смех,
Белого платья слегка коснуться.
Белой рукой распахнуть окно,
Белого света в нем не видя.
Белое выпить до дна вино,
В красную улицу в белом выйти.
Когда ты вернешься,
Все будет иначе, и нам бы узнать друг друга,
Когда ты вернешься,
А я не жена и даже не подруга.
Когда ты вернешься,
Ко мне, так безумно тебя любившей в прошлом,
Когда ты вернешься -
Увидишь, что жребий давно и не нами брошен.
Сизые сумерки прошлых лет
Робко крадутся по переулкам.
В этом окне еле брезжит свет,
Ноты истрепаны, звуки гулки.
Тонкие пальцы срывают аккорд...
Нам не простят безрассудного дара.
Бьются в решетку стальных ворот
Пять океанов земного шара.
Красный трамвай простучал в ночи,
Красный закат догорел в бокале,
Красные-красные кумачи
С красных деревьев на землю упали.
Я не ждала тебя в октябре,
Виделись сны, я листала сонник:
Красные лошади на заре
Били копытами о подоконник.
Когда ты вернешься,
Все будет иначе, и нам бы узнать друг друга,
Когда ты вернешься,
А я не жена и даже не подруга.
Когда ты вернешься,
Вернешься в наш город обетованный,
Когда ты вернешься -
Такой невозможный и такой желанный?
ПИТЕР
Питер, Питер...
Ты столько знаешь, ты много видел,
И все, что я хочу сказать тебе -
Это только слова.
Я снова покупаю билет на поезд.
Чуть-чуть ревнуя
И немного расстроившись,
Провожает меня до вокзала
Ночная Москва.
Небо, небо...
Над тобою совсем другое небо,
Морозным воздухом дышит Невский,
Скоро зима.
А я иду и всем улыбаюсь,
Я выше облака поднимаюсь,
И мне кивают, снимая шляпы,
На Невском дома.
Где-то, где-то
В любимых парках укрылось лето,
И мелкий дождик на водосточной
Играет трубе.
Нырнуло эхо в дворы-колодцы,
По старой крыше гуляет солнце,
И пахнет кофе, и все кофейни
Зовут к себе.
Здравствуй, город!
Пройду по площади вдоль собора.
А у тебя есть крейсер Аврора
И много других кораблей.
А у меня лишь одна гитара,
Немного пара из самовара,
В руке синица, которой снится
Клин журавлей.
А я живу на другой планете.
Там мало света и вечный ветер.
И, будто расстроенные струны,
Гудят провода.
А иногда там бывает плохо,
И до рассвета еще так долго,
Тогда я все оставляю как есть
И возвращаюсь сюда.
О, эти старые мостовые!
Они все помнят, они живые,
И каждый каменный всадник
По-прежнему
Верит в мечты.
А я стою незаметной тенью
В пальтишке ветхом
Под звездной сенью,
В который раз, замирая, смотрю,
Как разводят мосты.
АЛЫЙ ПАРУС
Он рисует кораблик на зеленой волне,
Ветер дует в лицо и путает парус с обрывком тучи,
В комнате пахнет морем, в комнате на окне
Расцветает в глиняной вазе весна.
Он скоро уйдет и оставит рисунок хозяйке квартиры,
Девочке так мало лет, и она не поймет, пока не поймет,
Что если уйдет художник, если художник уйдет,
То и кораблик завороженный за ним уплывет.
Алый парус, самый алый,
В мире самый сильный ветер
И зеленая волна.
Вдаль идет художник,
Вдаль плывет кораблик,
Расцветает на окне весна.
Дом завален рисунками, в этих рисунках так мало великой тайны,
Руки так неуверенно ищут краски, а линии так случайны,
В комнате, как и в прошлый, очень памятный день,
Расцветает в глиняной вазе сирень.
Он скоро вернется, и все будет так, как всего лишь однажды было:
Волны ударят в берег, а в раме оконной мелькнет силуэт весны.
Девочка повзрослела, девочка не забыла,
Девочка ждет, ей снятся чудесные сны.
Алый парус, самый алый,
В мире самый сильный ветер
И зеленая волна.
На волне кораблик,
На корме художник,
В самом лучшем платье на корме она...
ПЕСНЯ РЯДОВОГО
Когда закончилось все, мы осознали, что остались ни с чем.
Генералы делили победу за нашим плечом.
Мы стояли на коленях в храме среди тысяч свечей,
Благодарили Небо за право пожить еще.
Корабли уходили без нас, нас не брали на борт,
А в газетах писали, что каждый уцелевший герой,
Нашим домом, похоже, надолго, становился порт,
И рада нам была только та, что звалась сестрой.
Это конец войны.
Несколько лет в аду.
Только дождись меня,
Я по воде приду...
Как велика земля!..
Где-то цветут сады,
Мне бы дойти туда,
Мне бы глоток воды...
Неотправленные письма, как испуганные птицы в силках
Ломали крылья, пропадая в почерневших лесах,
Старуха выносила мертвых на костлявых руках,
Живые теряли разум, заглянув ей в глаза.
Мы стояли по горло в трясине, улыбаясь весне,
Мы глохли от взрывов, мы видели вещие сны,
Мы сжигали деревни, и плавилось солнце в огне,
Мы знали слишком много такого, чего знать не должны.
Мы обязаны выжить просто потому, что нас ждут.
И вдруг все затихло, мы не знали, что конец войны...
Не знали, что конец войны...
Нас оставили там, обрекая на самосуд.
Мы сделали все, как нужно, и теперь не нужны.
Это конец войны.
Несколько лет в аду.
Только дождись меня,
Я по воде приду...
Как велика земля!..
Где-то цветут сады,
Мне бы дойти туда,
Мне бы глоток воды...
Река нас вывела в город вдоль горных цепей.
День за днем оживали кварталы, вставала заря.
Мальчишки гоняли по крышам ручных голубей,
И глядя на них, мы понимали, что не все было зря.
Но мы отравлены дурью, мы чужие на этом пиру.
Эти марши оркестров, фейерверки помпезных ракет,
Эти флаги с гербами, реющие на ветру,
Это наша страна, которой до нас дела нет.
Это конец войны.
Несколько лет в аду.
Только дождись меня,
Я по воде приду,
Я по воде...
Я С ТОБОЙ
Мне скоро вот уже семь тысяч лет,
Меня по детству сглазил поэт,
Сказал, что жить мне в обители рая,
Да только я все не умираю.
И не смотря на границы столбы,
Я в жизнь пошел, как в лес по грибы,
Мне утро подало знак синевою,
И тут я понял, что я с тобою.
Я с тобой!
Я с тобой!
Весь день пугали дорогой в ад,
Под вечер начался звездопад,
И мне звездою пробило грудь,
Упал, да только не мог все заснуть.
Ко мне зима забралась в постель,
На голову снег, по рукам метель,
И вел я долго неравный бой,
Меня спасло то, что я с тобой.
Я с тобой! - с весной первой птицей.
Я с тобой! - с колодца водицей.
Пеплом на ресницах, солнцем на руке,
Каплей дождя на щеке...
Ко мне во сне приходил мой генерал,
Он на свободе жениться мечтал,
За день до свадьбы ушел на войну,
И так никто о нем и не вспоминал.
Ушли глухие, пришли слепые,
Всем реки в золоте, по мне - так любые,
Всем крест на шею да орден героя,
По мне б так просто остаться с тобою.
Я с тобой! - с весной первой птицей.
Я с тобой! - с колодца водицей.
Пеплом на ресницах, солнцем на руке,
Каплей дождя на щеке...
Мне дороги записаны в сестры,
Мне ветра записаны в братья,
Мне бы забыть кино прошлой смерти
Про тюрьмы духа да черные платья,
Мне не одевать их злые одежды,
Мне хватает Веры, Любви да Надежды,
Мне земля за все все простила,
Мне от тебя небо ключ подарило,
Мне надоели костюмы и маски,
Я не хочу быть героем из сказки,
Если мне лететь, мне и славы не надо,
Если мне упасть, то ты будешь рядом.
Ты мне скажешь: "Не может быть этого,
Мы с тобой на разных планетах..."
Я рассмеюсь и окна открою.
Я - это ты, и всегда был тобою.
АМУЛЕТ
Ты лежишь на горе, на высокой горе, и видишь сон,
А по небу плывут иллюстрации сна - облака.
То, что снится тебе, происходит со мной на земле,
Я сижу у реки, наблюдая полет мотылька.
Я иду по тропе, отзываясь на зов городов,
Голубая вода остается теперь далеко.
Открывая ключом свой мистический дом на заре,
Зажигаю огонь, черный кофе варю с молоком.
Голубая вода - это мысли мои о тебе,
Я хочу быть с тобой, эта боль у меня не пройдет.
Я однажды проснусь оттого, что пойму: в эту ночь
Ты отправишь за мной иллюстрацию сна - самолет.
Ты лежишь на горе, на высокой горе и видишь сон.
Молчаливый пилот заслоняет крылом лунный свет...
То, что снится тебе, происходит со мной на земле,
Я стою у окна, прижимая к груди амулет.
ВСЕГО ЛИШЬ СМЕРТЬ
Летят воздушные шары,
И самый светлый в вышине - твоя душа.
Он отрывается легко,
А мы стоим и смотрим в небо, не дыша.
И, слава Богу, дождь пошел,
И сквозь завесу ты моих не видишь слез.
Ты выше радуги уже!
Сияют лица горожан: воскрес Христос!
Весь город празднует весну,
Гуляют пары по разбуженным мостам.
А там, где ты, уже не знают,
Как скучать по этим призрачным местам.
Цветет сирень, играет музыка,
Бежит по рельсам праздничный трамвай,
Летят воздушные шары,
И чья-то девочка кричит:
Не улетай!
МЕЖДУ ЭТИМ МИРОМ И ТЕМ
Я всегда говорю с тобой,
Всю жизнь свою говорю с тобой,
Не зная толком, где ты,
На кресте или в пустоте.
Но когда удается выйти отсюда,
Мне кажется, ты меня слышишь,
Каждый раз, когда я оказываюсь
Между этим миром и тем.
А с той стороны горцы
Предлагают холодный кумыс,
Наливают полную кружку,
Радуются как дети.
А я не могу дотянуться,
И кружка падает в пропасть
И остается в расщелине
Между тем миром и этим.
Там - священные горы,
И чтобы туда пройти -
Пароль и несколько долларов
В нелегальном конверте.
Здесь законы не писаны,
Но если не пан, то пропал,
И стражники, стражники, стражники...
Между тем миром и этим.
А с этой стороны трубы
Играют музыку фабрик,
Лениво ползут тролейбусы,
Каждый - в своей борозде.
На главной башне стрелки часов
Бегут в обратную сторону,
И робкий смычок сумашедшего
Между этим миром и тем.
Здесь липы цветут безжалостно,
Вспоминаю себя ребенком,
Мама ведет меня за руку,
Не догадываясь о смерти.
А там похожие улицы,
Но нет никого, нет никого,
И липы цветут безжалостно
Между тем миром и этим.
А с той стороны Бродский
Читает стихи, разламываясь
На множество макрокосмических
Непостижимых систем.
С другой стороны - мышиные войны,
Их здесь называют поэзией,
И жадный костер инквизиции
Между этим миром и тем.
А с этой стороны все выжжено,
Осталась одна зола,
Истлели письма и рукописи,
Руны на бересте...
А с этой стороны холодное небо
И воткнутая игла,
И божья коровка на зеркале
Между этим миром и тем.
Форум 
